Создатель музея в Красноярском крае получил допсрок за призывы к уничтожению судей

Минусинский суд признал Владимира Шележова виновным в публичных призывах к экстремизму. По совокупности с прошлой судимостью ему назначили 19 лет строгого режима. Случай вписывается в тенденцию уголовного преследования заключённых за разговоры в камерах.

Приговор Минусинского суда

Минусинский городской суд Красноярского края признал заключённого Владимира Шележова виновным по части 1 статьи 280 УК РФ — в публичных призывах к экстремизму. По данным суда, находясь в камере, он якобы призывал к физическому уничтожению представителей государственной власти, в том числе «судей» и сотрудников ФСИН. Сам Шележов свою вину отрицал.

Размер наказания

Суд добавил к основному сроку ещё 3,5 года. С учётом прежней судимости за убийство итоговый срок составил 19 лет в колонии строгого режима. Шележов отбывает наказание в федеральном учреждении особого режима «Тюрьма» — одном из мест для осуждённых за тяжкие преступления с рецидивом.

Краткая биография и предыдущие дела

Ранее Шележов занимался поиском и реставрацией военной техники и преподавал в кадетском корпусе в Смоленске. Первый приговор был связан с разбойным преступлением: в смоленской колонии он организовал музей Великой Отечественной войны. После освобождения в 2018 году его вновь признали виновным в убийстве молодой женщины в Подмосковье, а в дальнейшем в отношении него в колонии выдвигались обвинения в организации деятельности экстремистской организации и вербовке заключённых.

Контекст: практика преследований за разговоры в камерах

Последнее время по всей стране фиксируют случаи, когда заключённых обвиняют по «экстремистским» или «террористическим» статьям за устные высказывания в камерах. Такие дела касаются как обвиняемых в серьёзных преступлениях, так и лиц, которых правозащитники называют политическими заключёнными.

  • В одном из решений суды признавали оправданием терроризма пересказ событий о захвате сотрудников ФСИН.
  • В других случаях обвинения выдвигались против людей из дел о «АУЕ» и против активистов, которых ранее осуждали за публикации или граффити.
  • Правоприменение расширяется на разговоры о собственных делах и обсуждения в тюремной среде.

Правоприменительная практика свидетельствует о растущем числе дел, где основанием для уголовного преследования становятся именно словесные высказывания в местах лишения свободы.

Иллюстративное фото