Минюст пообещал вскоре назвать рэперов с текстами, которые считают пропагандой наркотиков и насилия

Заместитель министра юстиции сообщил, что ведомство опубликует имена исполнителей; изменения в законе расширили понятие «пропаганды наркотиков», исполнители массово удаляют или правят треки, чтобы избежать ответственности.

Рэпер Гуф (Алексей Долматов)

Заместитель министра юстиции Олег Свириденко заявил, что ведомство в ближайшее время обнародует имена отечественных рэп‑исполнителей, в текстах которых, по его оценке, присутствует пропаганда наркотиков, насилия и «отрицание морально‑нравственных устоев». По словам чиновника, за последние несколько месяцев подобных исполнителей оказалось немало, и основная часть проблем сосредоточена в рэп‑индустрии; публикация имён ожидается в 2026—2027 годах.

Свириденко пояснил, что речь не о жанре как таковом, а о «системе контента», где деструктивные действия подаются как норма. По мнению ведомства, это негативно влияет на общественное сознание, снижая способность критически мыслить и распознавать манипуляции. Минюст намерен предметно работать с этой темой совместно с другими структурами.

С 1 марта 2026 года в законодательство внесены поправки, расширяющие понятие «пропаганды наркотиков». Теперь под запрет попадают романтизация и нейтральные упоминания, а также описание способов изготовления и употребления запрещённых веществ; за нарушение предусмотрена уголовная ответственность — вплоть до двух лет лишения свободы. Эксперты отмечают, что это вынуждает артистов редактировать тексты, чтобы снизить риски, что не всегда позволяет сохранить первоначальное содержание композиций.

В ответ на ужесточение закона исполнители и лейблы массово удаляют треки с российских стриминговых сервисов или правят тексты, заменяя спорные фразы паузами, мемными звуками, омофонами или нейтральными словами. С площадок уже исчезли тысячи композиций, в ряде песен изменены отдельные строки.

Некоторые коллективы и артисты удаляли с сервисов целые альбомы и планируют вернуть их после внесения правок — редактирование становится обычной мерой для снижения правовых рисков.