Анатолий Сорокин, носитель алюторского языка и языковой активист, готовится к очередной экспедиции по северу Камчатки. Сейчас алюторским владеют менее 100 человек, большинство из которых — пожилые жители отдалённых посёлков.
Сорокин одновременно расшифровывает архивные записи интервью с носителями языка и планирует в ноябре записывать сказки и легенды, чтобы собрать материал для создания словарей и приложений.
Цифровые инструменты и словари
На Камчатке уже есть приложения для изучения корякского языка начального уровня — например, Koryak tuyu, а недавно появился прогноз погоды на корякском языке. Вскоре должен появиться и онлайн‑словарь корякского языка. Сорокин отмечает, что нужен более широкий набор слов и текстов для других языков региона, в том числе для алюторского.
Роль расшифровок и человеческого труда
Расшифровки интервью дают большой массив данных, который можно загрузить в приложения и словари. Хотя алгоритмы распознавания речи развиваются, большая часть работы всё ещё выполняется вручную: автоматические системы не всегда распознают редкие слова и выражения, уже вышедшие из живой речи.
Обучение и языковая среда
Активист считает, что технологии — полезное дополнение, но наиболее эффективна передача языка через окружение и раннее обучение, вплоть до детского сада. При этом он отмечает, что для повседневного общения многие люди чаще используют русский язык.
Сорокин рассказывает, что иногда думает и видит сны на алюторском, и при общении со старейшинами старается говорить на родном языке. Поддерживать длительный диалог бывает трудно, но такие попытки помогают сохранять язык.
Если раньше он опасался за будущее языка через 20–30 лет, то недавние поездки убедили его в том, что языки живучи: в прошлом году в одном отдалённом посёлке он видел, как дети начали говорить на корякском.
