Инстаграм‑звезды и блокировка интернета: как растет раздражение в адрес власти

С началом блокировок сначала WhatsApp, затем Telegram и регулярных отключений интернета в целом — а эти меры затронули не маргинальные группы, а фактически всю страну — раздражение в адрес президента стало расти заметно быстрее. Откровенные сторонники власти, еще недавно воспевавшие ее курс, сегодня выходят в публичное пространство и называют первого лица военным преступником и «случайным человеком у руля».

Обычной государственной пропагандой и ее бесконечными ответвлениями такое недовольство уже не перекрыть. Чувствуется заметная растерянность.

И в этот момент на сцену выходят обитательницы запрещенного в России Instagram с многомиллионными аудиториями.

Первой «от лица народа» выступила давно живущая в Монако блогерша Виктория Боня, у которой более 12 миллионов подписчиков. Она записала 18‑минутное видеообращение к президенту. Начала с утверждения, что его боятся все: и обычные люди, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и народом стоит огромная толстая стена». Затем она прошлась по актуальной российской повестке: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, который собираются принять «во времена вашего правления», до массового уничтожения скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Обращение было произнесено, разумеется, не в оппозиционном тоне. В нем звучали заверения в поддержке, упоминания «наших мальчиков» на фронтах, признания в любви к России и ее народу. Появление стены между властью и людьми Боня объяснила тем, что до президента попросту не доходит правда: сам он в интернете не сидит, а информацию получает на бумаге. Инстаграм‑звезда предложила ему даже создать собственную соцсеть, где он мог бы видеть все обращения граждан напрямую — некий аналог «Правды» в цифровом виде.

Если следовать логике таких предложений, можно было бы поставить столик у Боровицких ворот Кремля и разрешить всем жалобщикам и авторам великих проектов складывать туда письма. Прикрепить к столику гвардейского офицера с ружьем, чтобы враги не растащили народную боль. Президент, по этой фантазийной схеме, каждое утро подходил бы к столику и собственноручно забирал корреспонденцию.

В общем, стену между народом и «гарантом», которую воздвигла «шушера» из депутатов и прочих вельмож, необходимо разрушать, иначе будет плохо, — к такому однозначному выводу приходит Боня.

Чтобы «поддержать и дополнить» ее, тут же появляется еще одна инстаграм‑блогерша — Айза. Она тоже горячо любит Россию и ее народ и, как ни удивительно, тоже из‑за границы. В своем ролике она фактически по пунктам повторяет тезисы Бони: и про информацию, которая не доходит до верхов, и про депутатов‑миллиардеров с зарубежными паспортами, и про отечественный мессенджер Мах, который она, разумеется, скачала ради общения с родителями в России и который «просто надо сделать хорошим», чтобы заменить россиянам заблокированные Instagram и Telegram.

Патриотический интернет‑стендап завершает телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Она без особых реверансов заявляет, что пока президент «отвлечен на решение внешнеэкономических и политических задач», внутри страны против него работает некая группа, цель которой — подорвать доверие к первому лицу и вывести «этот несчастный и обездоленный народ» на улицы. Все происходящее, по ее версии, — провокация перед выборами в Госдуму, а «президент и спецслужбы должны обратить на это внимание» и разобраться с внутренней «пятой колонной».

В администрации оперативно отреагировали на видео Бони, набравшее свыше 23 миллионов просмотров. Пресс‑секретарь президента уверил, что по перечисленным в ролике проблемам ведется «большая работа, задействовано большое количество людей, и все это не оставлено без внимания». Узнав об этом, счастливая Боня, вся в слезах, записывает новый ролик, в котором просит «не приплетать» ее «к каким‑то там зарубежным СМИ», разбиравшим ее обращение, потому что она не с ними, а «с народом и внутри народа». В кадре — красная футболка, сшитая в стилистике турецкого флага; рыдая, она благодарит пресс‑секретаря и президента. Воздевая руки к небу, произносит «спасибо, Господи!», потом трогает себя за грудь. На фоне этого фонтана искреннего самовосторга любые жесты западных миллиардеров выглядят любительским провинциальным капустником.

Эксперты, журналисты и пользователи соцсетей наперебой выдвигают версии случившегося. Одни говорят о подковерной борьбе элит, которым надоел лидер, дотянувшийся уже и до них. Другие — о попытке администрации сбросить пар народного недовольства через инстаграм‑свисток, разыгрывая старую карту про плохих бояр и хорошего царя. Третьи верят в личную инициативу. Четвертые обвиняют во всем Запад, «раскачивающий лодку», и называют Боню новым Навальным, приписывая ей намерение устроить в России майдан.

Любой из этих сценариев для власти выглядит небезобидно, потому что в сухом остатке все они фиксируют растущее раздражение уже не в отдельных социальных группах, а по всей стране. Четыре года режим проводил эксперименты над населением, ясно давая понять, что пока он у власти, нормальной жизни не будет — вместо нее будет тот ад, который сочтут нужным сконструировать. Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кого превратили в пушечное мясо, и вернувшиеся убийцы в роли «новой элиты». Тюрьма за любую антивоенную позицию и тотальная милитаристская пропаганда, начинающаяся с детского сада.

Население пыталось делать вид, что понимает и терпит все это, но перестало терпеть, когда власть взялась за самое необходимое — коммуникации. Для человека с советским представлением об информационных потоках эта потребность вряд ли постижима.

В одном с Боней поспорить трудно: рано или поздно «наступает момент, когда люди уже не могут бояться».

Отступит ли власть? На какое‑то время — возможно. Агентство Bloomberg сообщает, что российские власти решили повременить с жесткими блокировками интернета и Telegram. Но параллельно официально объявляется о вложении дополнительных 12 млрд рублей в структуру, ответственную за цензуру и блокировки. Любой шаг назад в этих условиях будет лишь тактической паузой, а не сменой курса.

Мы уже видели, как руководство отступало, чтобы затем только усилить хватку. Это узнаваемый стиль, менять который поздно: точка невозврата пройдена, отступать некуда. Альтернатива для нынешних хозяев кремлевских кабинетов — или международный суд, или стена солдатского сортира.

И напоследок — несколько слов самой Виктории Боне. Любезная Виктория, во «времена правления» президента, которому вы с религиозным восторгом шлете слезные челобитные, уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — представителей того самого народа, который вы так любите из далекого Монако. И делает это не абстрактная «стена чиновников», а конкретный человек, которому вы рыдая шепчете «спасибо» в камеру. Подумайте об этом, когда будете сочинять следующий ролик в надежде быть «услышанной».